В журнале Decanter вышло интервью с Лаурой Катеной, и мы сразу перевели для вас самое интересное.
Какие у вас первые воспоминания о вине?
Моё самое раннее воспоминание – мой дедушка шёл на винодельню, а я оставалась присматривать за щенками его колли. Ещё помню, когда мне впервые дали газировку с небольшим добавлением вина. Сегодня это было бы незаконно, но тогда в Мендосе это было совершенно нормально.
Кто или что было для вас главным источником вдохновения?
Определённо мой отец. Он очень позитивный и всегда заставляет тебя чувствовать себя хорошо. Всё началось с того, что он попросил меня поехать на дегустацию в Нью-Йорк представлять нашу винодельню. Он также брал меня в поездки в Бордо и Бургундию, и именно тогда я влюбилась в вино.
Что для вас значит вино?
Я вижу вино как невероятный продукт культуры и природы, который делает нашу жизнь более социальной, счастливой, творческой. Я думаю, оно связывает нас с природой и говорит: этот сельскохозяйственный продукт настолько особенный, что его нужно сохранять.
Я не могу придумать ничего другого, что так объединяет природу, культуру и историю, и что можно просто принести к себе домой, купив бутылку вина.
Можете дать советы для поездки в Мендосу?
Первое – нанять водителя для поездок по винодельням. Плюс рафтинг – это очень здорово, и хайкинг тоже. Также есть много виноделен, которые можно объехать на велосипеде. Ещё один совет – пробовать овощи. Все говорят о мясе в Аргентине, и мясо действительно потрясающее, но я считаю, что овощи в Мендосе – лучшие в мире.
Какой ваш следующий или текущий главный вызов?
Мне не нравится протекционистская экономика, но из-за этого к нам почти ничего не завозили, поэтому мы не попали под «клоновую революцию» и сохранили генетически разнообразные виноградники. Около 89–90% виноградников в Мендосе – это массальная селекция, непривитые лозы. Моя конечная цель – сохранить это редкое генетическое разнообразие.
Какие сорта винограда или части винной индустрии Аргентины недооценены?
Во-первых, миру всё ещё нужно лучше познавать мальбек. Кроме этого, мы видим растущий интерес к белым винам. Когда мой отец начал работать в 1970-х, мы делали больше белых и розовых вин, чем красных, так что это давняя традиция. Еще я думаю хороший потенциал у шардоне. У нас есть вина с виноградника Adrianna Vineyard (White Bones и White Stones). На большой высоте шардоне в Аргентине очень интересен.
В Аргентине есть красивые вина из семильона, особенно со старых лоз. Также многие делают каберне фран, и, на мой взгляд, каберне совиньон тоже недооценён. Еще я делаю особенный пино нуар Domaine Nico в небольшом объёме.
Можете рассказать что-то, чего любители вина о вас не знают?
У меня есть сайт In Defense of Wine о научных исследованиях вина и здоровья. И я одержима собаками. У меня есть пес из приюта в Аргентине и собака в США – это голдендудль по имени Нала, моя дочь назвала её в честь персонажа мультфильма «Король Лев».
